Фото: sakhaedu.ru

Речь учителя должна быть эталонной, однако сейчас во многих школах России есть педагоги, которые говорят неправильно или даже бескультурно. В причинах проблемы и её негативном влиянии на учеников попытался разобраться корреспондент journs.ru, выделив способы борьбы с неопрятностью речи. Имена героев изменены.

Фото: sakhaedu.ru

«Ну, Ахматову и Зощенко загасили, короче», — говорит учитель истории и довольно улыбается. В классе слышен гул и говор, мальчики на последних партах смеются, щелкают ручки, шелестят страницы.

Девятиклассница Катя смотрит в потолок и шумно вздыхает потому, что «Ахматову и Зощенко загасили, короче…». Тема урока — культура СССР в сороковые годы. Павел Андреевич, учитель, пытается объяснить суть постановления ЦК ВКП(б). В нем Ахматову обвиняли в безыдейности, Зощенко называли подонком литературы. Их книги вывозили из библиотек, авторов исключили из Союза писателей СССР. «Загасили».

Павлу Андревичу 28 лет, в прошлом году он окончил педагогический вуз. Трижды в неделю он ведет урок истории у девятого класса; и не меньше, чем трижды в неделю Катя вздыхает и смотрит в потолок. Она хочет знать историю.

 

На одном из уроков Катина одноклассница спросила вдруг:

— Павел Андреевич, а как Вы варите пельмени?

— А че мне их варить-то? Я их особо не ем, — ответил учитель и хохотнул.

— А если едите, то с маслом или без?

Об истории уже не говорят. Тема пельменей развивается, раздувается, и под общий шум учитель с ученицей обсуждают, можно ли приготовить пельмени в микроволновке.

— Мне ведь историю сдавать, — говорит после урока Катя, грустно посмеиваясь.

 

— Если вы не уедете, я бомбану, короче … Дурачка, короче, включили. Типа я че, я ниче, ниче не знаю, — так учитель рассказывал о Хрущеве.

Неуместные разговорные словечки, слова-паразиты наводняли речь Павла Андреевича. Он произносил их не постоянно, но часто, почти каждую минуту. Стройность и логичность речи нарушалась. Ребята осознавали, каким был стиль общения у Павла Андреевича. Из-за этого отношение к учителю становилось развязно-пренебрежительным; появлялись лирические отступления: преподаватель отвечал на вопросы учеников сродни «пельменям» (Например, «Павел Андреевич, а вас Павликом друзья называют?»).

— Кто курил? — спросил однажды Павел Андреевич, почувствовав запах сигарет.

— Ой, зажигалку в туалете забыл, — смеясь, ответил громко ученик.

Вместе усмехнулись.

Объяснить урок за 45 минут, отведенных на это, было чрезвычайно сложно.

— У меня по истории XX века огромный пробел в знаниях, — говорила Вика, одна из учениц Павла Андреевича. Именно этот период изучают в девятом классе. — Мне на ОГЭ не хватило одного балла до пятерки, и все ошибки были по XX-му веку… Он говорил: «Читайте учебник», а спрашивал часто по своим конспектам. Не ответишь, скажет: «Нужно меня на уроке слушать». А сам ничего толком не рассказывает.

Вике нужно будет сдавать ЕГЭ по истории.

— С Павлом Андреевичем сдать нереально. Буду сама больше заниматься.

Есть ученики, которым Павел Андреевич или приятен, или безразличен. Так они говорят об учителе:

— Я не понимаю, почему Павла Андреевича не любят. Он ведь старается сделать уроки интересными. С ним и обсудить что-нибудь можно.

— Он использует жаргонные выражения, чтобы с нами быть на одном уровне, чтобы нам было комфортно. Я думаю, он хороший педагог. У нас на уроках никакого абсурда вроде «пельменей» не было, никто о таком не  спрашивал.

— Мне, честно говоря, без разницы. История меня не интересует, поэтому я не слушаю, что говорят на уроках. Это не зависит от учителя.

***

— Я его однажды спросила, что он, как историк, думает о теме революции в «Собачьем сердце». Потом про другую книгу спрашивала… Он оба раза ответил, что мало читает. «Читать времени нет, смотрю фильмы», — рассказывает ученица Павла Андреевича.

 

Появляется первая очевидная причина речевого бескультурья — маленький словарный запас и отсутствие элементарной начитанности преподавателя. Часто учителя справедливо винят в этом некоторых учеников. Как видно, есть и неначитанные педагоги; и в речи их — слова-паразиты, неуместные фразы.

***

Урок геометрии в десятом классе. Учительница объясняет, как строить сечения многогранников.

—- Мы с вами рассмотрим два метода построения сечений: соответствия и следá. Итак, метод следá… Следá или сле́да? Кто-нибудь знает, как правильно?

Одни ученики молчат, догадки других сливаются в гул.

— Следá.

— Я думаю, что сле́да.

— Сле́да.

Последний ответ звучит чаще остальных.

— Может, это и неправильно, но все преподаватели в моем университете говорили: «Следá». Поэтому вам уж придется привыкнуть. Сказать по-другому у меня язык не поворачивается…

Анна Викторовна работает в школе 15 лет. Свой предмет, математику, она любит и умеет объяснить. На ее уроках способным ученикам трудно не понять новую тему. Учительница грамотна, говорит чисто, без слов-сорняков и явных ошибок.

Только в слове сле́да ударение падает на букву «е»; на букву «а» – лишь в устойчивых «без следа́», «ни следа́», «не осталось и следа́». Значит, следует говорить «метод сле́да», а не иначе.

Учитель ошибся, а причина этой ошибки — другие учителя. Анне Викторовне говорили: «следа́», и десятиклассникам она говорит то же, и десятиклассники ставят ударение неверно. Стало быть, в этой оплошности виновата языковая среда, окружение.

Учительница русского языка и литературы из Петербурга, эксперт ЕГЭ, Валерия Кирилловна, говорит:

— Причина ошибок в речи — среда, в которой находятся и дети, и учителя. Ошибаются телеведущие; в аудиокнигах часто ставят ударение неверно…Люди вокруг говорят не всегда правильно. Приведу пример из жизни. Я звоню в такси и говорю: «Улица Ша́хматова, кварта́л 15». Мой адрес подтверждают: «Улица Шахма́това, ква́ртал 15».

***

Ирина Анатольевна — учитель истории и обществознания в подмосковной школе. Три года назад она приехала в Московскую область из Украины.

Она говорит: «С историей у меня духовные отношения». Даже на уроках обществознания факты опираются на историю. Ирина Анатольевна объясняет виды экономики: плановую — через пример СССР, рыночную — через США до годов Великой депрессии. Запомнить и понять урок несложно.

Недавно около школьной раздевалки происходит диалог двух учеников:

— Ирина Анатольевна — чудесная женщина! — говорит девушка.

— Да нууу… — возражает ее одноклассник.

Он яснее помнит другую Ирину Анатольевну. Учительница тогда только начала работать в этой школе. Речь ее не была грамотной. Самой заметной неприятностью были слова-сорняки «скажем так» и «значит». Школьники считали, сколько раз за урок Ирина Анатольевна их произносила.

— По-моему, выходило 57 раз, — говорил один из ребят.

Фразы с неуместными словами-паразитами записывали: «Ехал, думая, скажем так, думу», «Михаила, значит, Лермонтова, значит»…

Учительница ошибалась часто. Говорила, к примеру, на уроках родного Подмосковья: «Уже полгода изучаем Московскую область, а они мне про другие областя́…». Ученики связывали это с переездом из Украины.

Многие школьники Ирину Анатольевну не уважали. Ее не слушали, смеялись на уроках; кто-то был недоволен и раздражен.

Одна из школьниц поговорила с учительницей русского и литературы о речи Ирины Анатольевны. Спустя некоторое время язык учителя изменился. «Значит» и «скажем так» появлялись в ее рассказе так редко, что бессмысленно было их считать.

— Ее речь обогатилась очень сильно. Если сравнить с тем, какой она была раньше, это два разных человека. Сейчас нет таких ошибок. Остался только небольшой акцент, но это уроку никак не мешает, — рассказала ученица Ирины Анатольевны.

Не стыдно ошибаться, стыдно не развивать свою речь.

Ирина Анатольевна исправила ошибки, и отношение к ней поменялось. Появилось уважение.

***

Существует и такая проблема: преподаватель часто говорит одно и то же.

Учительница начальных классов, Анастасия Александровна, из Санкт-Петербурга рассказала о возможной причине:

—Я стала замечать, что повторяю предложения по несколько раз. Например, два или три раза прошу кого-то что-либо сделать. Это особенность учителей; еще в университете нам говорили: «Ребенок лучше запомнит то, что произносится пять раз», — поэтому в течение урока повторяешься. Появляется привычка.

Выводы

Как искоренить речевое бескультурье учителей? Самый очевидный способ —  указать на ошибку. Может возникнуть другая проблема, связанная с тем, как учитель это воспримет.

Ученица одной из школ Санкт-Петербурга рассказала:

— Учительница русского в этом году говорит «нету», хотя такого слова нет. Ее исправляли, она отвечала, что невежливо указывать взрослому человеку на ошибку. Мы периодически поправляем ее, но она игнорирует и продолжает так говорить, к сожалению.

Были и другие случаи.

— Учительница истории говорит «одеть», когда надо «надеть», и «пошлите», а не «пойдёмте». Мы ей сказали, что так неправильно. Она адекватно реагирует, уже почти не слышно «пошлите».

Другое решение — обратиться к администрации школы, к другим учителям. Этот способ помог преодолеть проблему с речью Ирины Анатольевны, учительницы из Украины; помогает он справится с недостатками речи Павла Андреевича, учителя истории.

***

Иногда то, что можно принять за безграмотность, помогает учителю в работе. Социальный педагог Елена из Санкт-Петербурга рассказала, что использует просторечия в разговорах с учениками. Так с ними легче общаться. Например, она говорит: «Дошло?», вместо: «Понял?».

Ученица петербургской школы рассказала о своем учителе физкультуры:

— Нас он «дебилами» иногда называет, но при этом физкультурник он отличный. Все привыкли уже, никто не обижается. У него характер такой. Он и повеселить этим может.

***

Не во всех школах речь учителей бескультурна. Частичная безграмотность педагогов — исключение, а не закономерность. Ученики разных школ Москвы и Санкт-Петербурга говорили:

— У нас в школе такого нет.

— В своей школе я у учителей ошибок не замечал.

— Все учителя наоборот нас исправляют с нашими “как бы”, “вот”, “ну” и т. д.

В педагогических вузах России есть обязательная дисциплина «Культура речи», поэтому исправить ситуацию поможет лишь работа учителей над собой. Я, как школьница, особенно чувствую важность такой работы. Хочется, чтобы грамотных педагогов становилось больше.

От admin